Петр Липилин, 2 года

 

Петя — маленький герой с диагнозом ДЦП, а ещё с огромным желанием пойти самому — навстречу сестрам и родителям. Чтобы быть ближе к мечте, ему необходимо пройти реабилитацию.

В доме, где живут три сестры и один маленький брат, никогда не бывает тихо. Девочки носятся, спорят, мирятся, обнимаются. А Петя ползает за ними и кричит: «АУУУ!» — зовёт обратно, если вдруг остаётся один.

Ему два года. Он ещё не ходит. Но он уже говорит несколько слов, от которых у мамы каждый раз ёкает сердце.

— Папа.

— Баба.

— Гарри (это кот).

— Аиша, Ева — это сёстры.

Петю ждали. После двух дочек гендер-пати с синим конфетти стало настоящим праздником — наконец-то сын! Мама даже не смотрела записку с полом, хотела сюрприза. И когда из лопнувшего шара посыпалось синее конфетти, они с мужем плакали от счастья.

А через несколько месяцев случилось то, что перечеркнуло всё.

— На 30-й неделе утром открылось кровотечение, — вспоминает мама. — Я только молилась, чтобы ребёнок выжил.

Петя родился на свет экстренно, весил 1595 граммов и не задышал сам. Восемь суток под аппаратом ИВЛ. Восемь суток мама звонила в реанимацию и слышала: «Состояние стабильно тяжёлое». А дома оставались две дочки, которые тоже ждали, хотели есть, чтобы с ними играли.

Но сердце мамы было там — у кувеза.

Потом был месяц, когда Петя учился есть из бутылочки — слишком слаб, чтобы сосать грудь. Потом ещё месяц, чтобы приучить к груди. А потом началась бесконечная череда реабилитаций.

В 5–6 месяцев он не перевернулся. Мама уже знала: что-то не так. В Москве, в Сеченовском институте, сделали МРТ. Глиозные участки в мозге — те самые, что отвечают за движение, за ходьбу, за то, чтобы однажды просто встать и пойти.

Диагноз: ДЦП, спастический парапарез.

— Я давно сняла розовые очки, — говорит мама. — Лекарства от ДЦП нет. Но есть наша работа. Каждый день. Без выходных.

И они работают. Папа, которого почти не видно дома (он на работе, один тянет всю семью), нашёл время и построил деревянную лестницу под рост малыша. Мама записывает на видео каждое занятие, чтобы дома повторять. Девочки носятся с братом, тискают, обнимают, играют в прятки. Петя пока всегда «искатель» — закрывает глаза ладошками, а потом радостно кричит, когда находит сестру за шторой.

У Пети есть любимая серия книжек — про малыша-мусоровоза. Он собрал всю коллекцию. Просит читать на ночь. Сам собирает сортеры, различает цвета, считает до пяти.

Недавно он встал у опоры сам. Без помощи. Просто поднялся и стоял, улыбаясь.

— Я хочу поделиться мечтой, — говорит мама. — Она простая: чтобы мы занимались уже не так интенсивно, 2–3 раза в неделю, летом санаторий. Чтобы Петя ходил. Пусть не совсем типичной походкой, пусть с поддержкой, но сам. Чтобы у него были друзья во дворе. Чтобы он освоил профессию за компьютером. И чтобы он просто был счастливым мальчиком, бесконечно любимым своей большой семьёй.

Сейчас Пете очень нужен курс реабилитации в ФОЦ «Адели»: АФК, Бобат, СМЕ 1 уровня, занятия с логопедом-дефектологом, массаж. Это комплекс, который поможет мышцам запомнить правильные движения, а мозгу — проложить новые пути взамен повреждённых.

Папа работает один, денег на всё не хватает. А останавливаться нельзя. С ДЦП остановка равна откату назад.

Петя уже сказал свои первые слова. Осталось сделать первые шаги.